Энергетика

Крыша нашего дома

Несмотря на возраст, он до сих пор работает. «По-другому не может, — говорят о нём коллеги. — Да и где ещё найдёшь специалиста, обладающего такими колоссальными знаниями?» Он умеет находить самые неожиданные и точные решения, поэтому его консультации особенно ценны. А ещё говорят, что Петров — человек-компьютер: держит в голове неимоверный объём информации, в своё время знал все процессы, которые происходили в энергосистемах Советского Союза… «Ну, насчёт знания всех процессов — это преувеличение, — возражает он. — Конечно, знал я не всё, но старался знать как можно больше. Ведь я работал в отделе, который был флагманом отечественного проектирования. Горжусь тем, что принимал участие во всех основных электросетевых проектах». Так незаметно наш разговор зашёл о работе, о стране, об отрасли, о жизни.

— Сергей Яковлевич, как Вы попали в электроэнергетику?

— Поначалу просто тянуло к технике. А энергетикой серьёзно увлёкся уже после поступления в МЭИ. Я родился в Ачинске Красноярского края. Потом родители переехали в Феодосию, где я закончил школу. Отец у меня — заслуженный врач России, фтизиатр по специальности. Он организовал первый туберкулёзный диспансер в Феодосии, изобрёл аппарат пневмоторакса. В Феодосии на стене дома, где мы жили, есть мраморная доска в его честь. Но мы с братом почему-то не пошли в медицину — «заболели» электроэнергетикой. Саша тоже был энергетиком, много лет работал главным инженером. В МЭИ я учился восемь лет: поступил в 1939 году, а закончил в 1947-м. Началась война, и в 1942-м я ушёл на фронт. Спустя несколько месяцев был тяжело ранен под Сталинградом, потерял ногу. Год лежал в госпиталях, после чего был комиссован по состоянию здоровья. Мне очень хотелось вернуться на фронт, хотелось дойти до Победы! Не довелось… Вместо этого вернулся в институт, а после его окончания пришёл в НИИ «Энергосетьпроект», где проработал 63 года. Это была очень крупная проектная организация, которая обеспечивала все энергосистемы Советского Союза.

— Вы несколько лет работали в Индии.


— Да, там шло большое строительство энергообъектов, и я был консультантом. Семья жила со мной, одиночек тогда за границу не посылали. Кстати, моя жена Марта Рафаиловна — врач. Сейчас ей 83 года, но она только в этом году бросила работу. А сын — подполковник ФСБ, уже на пенсии. Когда мы вернулись из загранкомандировки, мне предложили пост заместителя главного инженера в «Энергосетьпроекте». В этой должности я проработал до 1991 года. А потом наступило «смутное время».

— Смутное? Как в 17-м веке?


— Именно так. 90-е годы я сравниваю со «смутным временем» Гришки Отрепьева. Ситуации очень похожи и очень страшны для страны. Вы знаете, я полностью поддерживаю политику наших президентов — Путина и Медведева. Они возглавили страну в очень трудное время. Вспомним 2000-й год: у России — колоссальный внешний долг, в стране нищета, в экономике развал. Только благодаря разумной политике Путина, затем Медведева страна вышла из «смутного времени». Сейчас очень много внимания уделяется социальным вопросам. Это очень важно для энергетики: у нас социально ориентированная отрасль. Данный фактор необходимо учитывать при разработке и реализации любого проекта. Мне импонирует, что в стране ведётся здравая политика. Этим надо дорожить.

— Оппоненты Путина напоминают, что за 20 лет в России не построено ни одного нового завода!


— Да зачем строить? Давайте приведём в порядок то, что есть. Раньше строили много, производили тоже много чего. Но как-то не задумывались, а вся ли продукция будет востребована? Всем правил Госплан. Госплан — дело хорошее. Но дальше производства он не заглядывал, не оценивал, что именно хотят люди. Поэтому и было перепроизводство ненужных вещей, а хороших товаров было немного.

— Зато наша энергосистема была лучшая в мире.

— Я бы этого не утверждал. Энергосистема была у нас единая, неделимая, но не лучшая. Очень сильные энергосистемы действовали в США, Франции, Германии, некоторых других странах. И всё же энергосистема Советского Союза была куда лучше сегодняшней. Современная энергосистема страны очень нестабильна. А ведь энергосистема — это крыша нашего общего дома. Её надо одинаково хорошо поддерживать со всех сторон. Если какую-то сторону упустить, — крыша рухнет и всех раздавит. Поэтому нужен специальный орган, который бы занимался техническими вопросами энергосистемы. А у нас что получается? На одном конце ставим хорошую современную релейную защиту, а на другом оставляем старьё. И хотим, чтобы система эффективно работала. Но ведь линия одна, поэтому решение получается половинчатое. Вот ФСК поставила задачу модернизации так, чтобы соединить старое с новым. Кое-где это получается. Но возводить этот вынужденный метод в ранг технической политики ни в коем случае нельзя. Считаю, стране необходим общий технический орган по типу СИГРЭ или МЭК, которому бы все подчинялись. Ведь есть общие для электроэнергетики технические вопросы, которыми должен кто-то заниматься. Раньше ими занимались крупные научно-исследовательские институты. Теперь они развалились. Но вопросы-то остались! Поэтому и нужен общий центр, который будет заниматься самыми проблемными вопросами электроэнергетики. Финансироваться он должен за счёт компаний, для которых и будет работать. Сейчас крупные корпорации пытаются разрабатывать корпоративные нормативные акты, технические требования. Эти документы имеют право быть, однако для других компаний они не обязательны! Между тем требования должны быть едиными и понятными для всех.

— Сергей Яковлевич, сейчас все компании жалуются, что почти невозможно получить качественный проект. Почему?

— Мы потеряли много сильных проектных институтов и организаций. Например, наш отдел релейной защиты, противорелейной автоматики, устойчивости и моделирования (ОРЗАУМ) был флагманом Советского Союза в области релейной защиты. Причём флагманом не номинальным, а реальным, признанным. А сейчас такого отдела просто не существует. Он разбился на несколько частей, утратив при этом очень многое.

Ещё одну причину вижу в том, что в отрасли всегда действовало незыблемое правило: если компания заказывает проект, то как заказчик она должна дать все исходные данные. Поскольку от того, какие данные даёт заказчик, зависит качество проекта. Если исходные данные неточные, то хорошего проекта не сделаешь, будь ты хоть семи пядей во лбу. Сейчас исходные данные заказчик не предоставляет...

— Почему? Он их не знает?

— Отсутствие исходных данных от заказчика — просто бич. Конечно, собрать их непросто. Это кропотливая работа, для которой требуются люди и время. Возможно, того и другого у заказчика проекта просто не хватает. В этом случае данные могут собрать проектировщики. Но для этого им нужно выехать на объекты, провести фотосъёмку, изучить чертежи. Причём тут всё равно не обойтись без заинтересованной помощи заказчика. Однако заказчик, как правило, чертежи не парафирует, не вникает, а то ли берёт за основу проектировщик? Хотя очевидно, что если мы рассматриваем старый объект, то в него обязательно вносились какие-то существенные изменения, которые в первоначальных чертежах просто не отмечены. Поэтому так важно тесное взаимодействие проектировщика с заказчиком при сборе исходных данных.

— Все ли проектировщики сталкиваются с такой проблемой?


— Все. Но по-разному к ней относятся. Есть недобросовестные, которые говорят заказчику: нет исходных данных? И не надо. Я тебе и так запроектирую. Заказчик доволен. До поры до времени… А потом хватается за голову: так ты же запроектировал совсем не то, что нужно!

Сейчас большие деньги выделяются на новую технику. Для новой техники нужны новые знания. А их не хватает. Как-то мы проектировали объект, заложили в него современную импортную аппаратуру. А нам заказчик говорит: а чего вы эти устройства запроектировали? Наш персонал не может на них работать, у нас ведь «пастухи» трудятся. Так почему новая энергетика должна ориентироваться на «пастухов»? Нужно учить людей, повышать их уровень. Нужны хорошие обучающие центры. В некоторых компаниях они есть. Но этого пока недостаточно.

— Проблема дефицита проектировщиков остро стоит не только в России, но и в мире. Например, компания Siemens искала у нас квалифицированных спецов, да так и уехала ни с чем.

— В переломные годы в стране произошёл разрыв поколений, и это серьёзно сказалось на отрасли. Но куда страшнее то, что изменилось отношение человека к профессии: все хотят денег и не очень хотят работать. В практику вошёл такой подход, когда набирается куча проектов и делаются они кое-как, лишь бы вовремя сдать. А работа проектировщика требует полной самоотдачи и системных знаний. Заказчик тоже не блещет в этом плане оригинальностью: желая сэкономить на проектировании, он выбирает партнёров не по качеству, а по дешевизне. Потом все жалуются друг на друга. Получается замкнутый круг.

— В 1964 году Вы стали лауреатом самой престижной Ленинской премии в области науки и техники. За какие заслуги?

— За развитие высокого напряжения — за защиту линий ВЛ. Это была интереснейшая работа. Мы начинали «с нуля»: вели исследования, искали решения. «Энергосетьпроект» тогда имел 28 отделений во всех республиках. А наш — головной — занимался широким кругом вопросов. Мы разрабатывали все руководящие материалы, решения по соответствующей аппаратуре и пр. В то время у нас трудилась когорта крупнейших специалистов: Алексей Михайлович Федосеев, Вениамин Львович Фабрикант, Абрам Борисович Чернин, Виктор Михайлович Ермоленко.

Мы проектировали ВЛ высокого напряжения. Это было совершенно новое направление, которое требовало не только знаний, умения перспективно мыслить, но и творчества и изобретательности. У меня больше 50 авторских свидетельств на изобретения. Некоторые из моих изобретений до сих пор используются.

— А какое отношение проектировщик имеет к изобретениям?


— Изобретательство — попутная работа проектировщика. Мысль всегда подпитывается необходимостью, поэтому нередко проектировщики являются авторами изобретений. Многие вещи, которые выпускали советские заводы, сделаны по предложениям проектировщиков. Например, как проектировщики мы разрабатывали систему защиты энергообъектов. В поисках приходилось не только находить новые решения, но и разрабатывать новые устройства, потому что в практике их не было.

До 1990 года НИИ «Энергосетьпроект» занимался не только проектированием, но и разработкой новых изделий. Здесь была мощная лаборатория, которой я одно время руководил. Мы всегда старались создавать что-то новое, чтобы расширить ограниченные возможности. Поэтому, когда общались с зарубежными коллегами, совершенно не чувствовали себя ущербными. Наоборот, они нас удивляли ограниченностью знаний. Начинаешь с иностранцем говорить о проблеме, а он: «Я отвечаю только за свой участок. А другим вопросом занимается другой специалист». У каждого из них узкая специализация, внутреннее общение — никакое. Для меня до сих пор загадка: каждый отвечает только за свой «клочок» ткани. Но «костюмы»-то они шьют хорошие. Кто-то же соединяет все куски в единое целое.

— Так что, у них промахов не бывает?

— Да полно. Некоторые принимаемые решения они даже объяснить не могут. Мы как-то проанализировали электротехнические системы одной очень авторитетной зарубежной фирмы. Представили им свои выкладки: у вас, мол, то не так, то не эдак. Они ахнули: мы 20 лет продукцию выпускаем и нам никто ничего не сказал. Наверное, только вы нашу документацию прочитали.

— Вы разрабатывали проект строительства ВЛ напряжением 1500 кВ. Он так и не был завершён. Почему?

— Политическая ситуация в стране помешала. Строительство высоковольтной линии «Экибастуз— Центр» — проект амбициозный. Он был полностью разработан и готов к полноценной реализации. Но пришёл 1991 год — и всё остановилось. Сейчас линия работает на треть своих возможностей, причём только на территории Казахстана. Сейчас вообще ставится вопрос о её целесообразности.

Передача постоянного тока выгодна тогда, когда передаёшь большие объёмы электроэнергии на большие расстояния. Работа сети на постоянном токе имеет свои неоспоримые «плюсы»: она гарантирует устойчивость энергосистемы, значительно сокращаются потери при транспорте электроэнергии. Но постоянный ток требует выпрямителей, требует постоянных затрат и решения многих организационных вопросов. Выработка постоянного тока очень сложна, поэтому серьёзную конкуренцию ей составляет ток переменный. Мы проектировали ВЛ 1150 кВ на переменном токе — тоже из Казахстана в центр России. Было завезено новейшее оборудование, внедрены уникальные разработки. Линия одно время работала на полную мощность, но потом все кончилось — сейчас работает на 500 кВ. Электроэнергия по этой ВЛ доходит только до Барнаула. Сегодня на территории бывшего СССР линий-миллионников не осталось. Да я и не знаю, кто бы мог заниматься разработкой таких линий. Раньше этим занимался мощный НИИ «Энергосетьпроект». Сейчас подобных организаций просто нет. Хотя возможности для строительства таких линий увеличились: техника шагнула далеко вперёд, появились микропроцессорные устройства релейной защиты и многое другое.

— Сергей Яковлевич, о чём Вы мечтаете?

— О том, чтобы наша страна процветала. Это искренне. Мне часто приходилось бывать за границей: я был постоянным представителем в СИГРЭ, ездил консультантом в Ливию, работал в Болгарии, Швеции, Франции. Видел хорошее отношение к нашим специалистам и разное — к нашей стране. Мешает Россия всем своим величием, своими масштабами. Упрекают её в чём попало: то демократии мало, то коррупции много. Но ведь мы переживаем период дикого капитализма, мы сами от этого страдаем. И всё же я уверен: всё у нас будет хорошо. Мы — сильные.


Беседовала Людмила Юдина

* * *

Юрий ЛЯМЕЦ
Сергей Яковлевич Петров — наш кумир


Мне несказанно повезло полвека тому назад. Провидение организовало встречу с Сергеем Яковлевичем. В январе 1962 г., когда я был в Чебоксарах на преддипломной практике. В те же дни ЧЭАЗ проводил семинар по релейной защите. Сидя утром в кафе, вижу необыкновенно привлекательного человека, приближающегося к моему столику. Он напомнил мне любимого киноактера Грегори Пека. Изящный, узколицый, с тонкими чертами лица. Неужели, думаю, повезёт и его привлечёт мой столик. Повезло. Наша беседа была недолгой, но впечатление произвела очень сильное. Предупредительность, явная доброжелательность, мягкая манера общения. Узнав, что мой визави тоже направляется на семинар, испытываю радостное чувство: славная, должно быть, специальность релейная защита, коль скоро ею занимаются такие люди. Первые впечатления окрепли на семинаре, где Сергей Яковлевич был одним из ведущих. Среди докладчиков было много молодых людей, в том числе недавние выпускники нашей новочеркасской кафедры: Года Нудельман, Юрий Алимов, Феликс Розенблюм, Лёша Надель. Сергей Яковлевич их всячески подбадривал, и было видно, как сильно благоволит он к молодёжи.

Шли годы. Выходили работы Сергея Яковлевича. Ему принадлежит немало изобретений. Они отличаются глубиной и прозорливостью. Полагаю, что он первый в мире понял смысл и значение аварийных составляющих электрических величин. Нередко оказывалось, что мои идеи ничуть не удивляли Сергея Яковлевича. Они ему приходили в голову, а публиковать было недосуг. Никто и никогда не мог быть дать такую простую интерпретацию сложному явлению, как это делал Сергей Яковлевич.

Ещё пара эпизодов. Когда мне пришлось походить по разным организациям со своей докторской диссертацией, нигде в Москве я не встречал такого участия и дружелюбия, как в Энергосетьпроекте и ВНИИЭ. В первом случае это определялось личностями С.Я. Петрова и С.Б. Лосева, а во втором — Я.С. Гельфанда и А.И. Левиуша. А в 1996 г. состоялся памятный разговор с Яковом Соломоновичем Гельфандом. За полгода до его кончины, на теплоходе, где по приглашению «АББ Реле-Чебоксары» собрались релейщики со всей страны. Мы делили каюту с моим учителем А.С. Засыпкиным, и Яков Соломонович любил бывать у нас. Философствовал, а однажды сказал, что многих релейщиков уважает, к некоторым равнодушен, а по-настоящему восторгается только одним — Сергеем Яковлевичем (он, простите, называл его Серёжей).

В Чувашском университете есть специальность РЗА. На первом курсе я преподаю «введение в специальность». Рассказываю о выдающихся релейщиках — Г.И. Атабекове, С.Я. Петрове. Говорю, что они полиглоты. Конечно, вразумляют меня студенты, они ведь учились в настоящих гимназиях. А попытки объяснить, что Атабеков и Петров — люди разных эпох, студентов обескураживают.

Релейщик с мировым именем и наш большой друг Янез Закончек, работавший в шведском АББ, в ИЦ «Бреслер», а ныне — в Словении, пообщавшись с Сергеем Яковлевичем, сказал, что он относится к самым выдающимся гуру в релейной защите.

И последнее. Обаяния Сергея Яковлевича нисколько не избежала и современная молодёжь. Недавно мой юный англоязычный ученик Андрей Подшивалин по заданию главного редактора журнала PACWorld Алекса Апостолова брал интервью у Сергея Яковлевича. Андрей сказал, что общение с Сергеем Яковлевичем стало для него настоящей школой жизни.

Каждая область науки и техники нуждается в своём Атланте — нравственном ориентире, в специалисте, облечённом абсолютным доверием и окружённом всеобщим почитанием. Релейной защите в этом отношении повезло. У нас есть Сергей Яковлевич. И традиционное пожелание долголетия ему адресуют не только релейщики, но и сама наша наука.


Года НУДЕЛЬМАН
Учитель, коллега, друг!


Начну с того, что я искренне благодарен судьбе, что на своём жизненном пути встретил такого человека, как Сергей Яковлевич Петров. Нашей дружбе с ним уже более полувека. Знакомство состоялось во время моей первой командировки в Москву. ЧЭТНИИ (переименованный впоследствии во ВНИИР) только начинал свои первые разработки устройств релейной защиты. Несколько из них, в том числе дистанционная защита для сетей с малыми токами замыкания на землю, выполнялось в содружестве с институтом «Энергосетьпроект». Коллектив разработчиков во главе с Сергеем Яковлевичем предложил оригинальное решение и получил авторское свидетельство на изобретение. Следует отметить, что многие разработки «Энергосетьпроекта», в том числе панель защиты шин для подстанций 330—750 кВ типа ПДЭ 2006, основаны на идеях Сергея Яковлевича. Многие из нас не могли понять, почему этот специалист с энциклопедическими знаниями и талантом созидателя не поддался моде времени и не стал защищать диссертацию. Сергей Яковлевич стоял у истоков внедрения микропроцессорной техники в России, много сделал и для адаптации устройств иностранных фирм, и для создания продукции отечественными производителями. С его авторитетом считаются не только специалисты в нашей стране, но и за рубежом. Говорю об этом не понаслышке, мы вместе выезжали в АББ (Швеция), участвовали в международных конференциях. В американском журнале PACWorld опубликована статья о С.Я. Петрове. В отчёте о второй международной конференции СИГРЭ в России (2009 г.), написанном мною в форме поэмы, имеются такие строки:

Среди сидящих в зале — гуру,
Релейный стаж — за шестьдесят.
Он чувствует нутром халтуру,
А от идей — глаза горят.
Петрову скоро девяносто,
Но спорить с ним весьма не просто.


Помимо релейной защиты нас с Сергеем Яковлевичем объединяет общее увлечение — тяга к шахматам. И в связи с этим вспоминается такой случай. После окончания работы Междуведомственной комиссии по приёмке одной из защит в «ИЦ Бреслер» состоялся товарищеский ужин в ресторане (2006 г.). И я, поднимая тост за нашего гуру, в порядке шутки предложил желающим сыграть с Петровым в шахматы «вслепую», т.е. без доски и фигур. Нашёлся желающий — представитель из Санкт-Петербурга. Через несколько ходов после начала партии соперник Сергея Яковлевича попросил поменять цвет, так как чёрными он не привык играть. Но и белый цвет не помог, так как слоны начали «прыгать» через пешки.

Мы с супругой и наши дети дорожим близостью с Сергеем Яковлевичем и Мартой Рафаиловной. На вопрос о том, какие черты С.Я. Петрова я хотел бы отметить, отвечу: порядочность, обязательность, открытость, трудоголизм и тонкое чувство юмора. Его внуку, тоже Сергею, есть с кого брать пример.

Помимо пожеланий здоровья и счастья шлю юбиляру редкое для его возраста пожелание — новых творческих успехов.


Станислав КУЖЕКОВ
О Сергее Яковлевиче Петрове


Имя Лауреата Ленинской премии, заместителя главного инженера института «Энергосетьпроект» Сергея Яковлевича Петрова широко известно специалистам по релейной защите и автоматике электроэнергетических систем нашей страны. Поэтому нет необходимости высказывать положения, известные многим. Я хочу остановиться только на двух личных впечатлениях.

В шестидесятые годы прошлого века институт «Энергосетьпроект», помимо проектирования электроэнергетических систем, занимался научно-исследовательскими работами в области релейной защиты и автоматики. Эти работы выполнялись в отделе ОРЗАУМ, а конкретные разработки «в металле» — в лаборатории, размещавшейся в здании Минэнерго СССР. Активное участие в разработках устройств релейной защиты и автоматики, в частности дифференциальных защит сборных шин, принимал Сергей Яковлевич.

Лично я, будучи аспирантом профессора А.Д. Дроздова, работая по теме диссертации, связанной с дифференциальными защитами, естественно, познакомился с разработками Сергея Яковлевича (выполненными в содружестве с большим оригиналом релейщиком Г.Т. Греком) по дифференциальной защите сборных шин с торможением на выпрямленных токах типа ДЗШТ. В это время шла дискуссия между сторонниками использования дифференциально-фазного принципа и принципа торможения в защитах сборных шин. Масштаб этой дискуссии был таков, что данный вопрос был вынесен на обсуждение комиссии по внедрению новых устройств релейной защиты (Госкомитета по науке и технике при Совете Министров СССР) под председательством А.М. Федосеева. Комиссия приняла решение о бесперспективности использования дифференциально-фазного принципа в защитах шин.

На основе исследований в области защит шин В.Я. Синельников и я (сторонники дифференциально-фазного принципа) подготовили небольшую книгу, рецензентом которой был назначен Сергей Яковлевич. Следует отметить, что в рукописи были рассмотрены не только защиты шин с торможением, но и оппозиционные им дифференциальнофазные защиты.

С этого момента началось моё знакомство с Сергеем Яковлевичем. В своей рецензии на рукопись книги он высказал более ста замечаний, на основании которых можно было бы сформулировать отрицательное заключение о целесообразности публикации книги. Однако во вступительной части рецензии было отмечено, что данный материал представляет собой первую в нашей стране попытку рассмотрения с единых позиций достаточно сложного вопроса построения защит шин и что публикация материала безусловно целесообразна. Тогда я понял мудрость, широту взглядов и, как говорят сейчас, толерантность нашего юбиляра.

Меня особенно поразило, как Сергей Яковлевич, находясь в достаточно уважаемом возрасте, активно включился в разработки отечественных микропроцессорных защит большой сложности, в частности защит линий сверхвысокого напряжения. Благодаря этим работам он стал, как принято теперь говорить, настоящим гуру, основным идеологом современных микропроцессорных защит электроэнергетических систем сверхвысокого напряжения. Убеждён, что без уникальных знаний и таланта юбиляра создание таких устройств в нашей стране было бы невозможно.

Присоединяюсь к многочисленным поздравлениям и искренне желаю, чтобы ещё долгие годы Сергей Яковлевич успешно выполнял функции гуру, находясь в добром здравии!

 

* * *

Славный юбилей


17 января 2012 г. в ЗАО «ОРЗАУМ» состоялось торжественное событие — 90-летний юбилей Сергея Яковлевича Петрова.

Большой и славный трудовой путь длиной в 65 лет, включающий руководящую, научную, творческую и педагогическую деятельность, прошёл Сергей Яковлевич.

И, что самое главное, смело перешагнув в третье тысячелетие, он продолжает так же плодотворно и целеустремленно трудиться на благо нашей энергетики и любимой техники, имя которой — «Релейная защита».

Природа щедро одарила Сергея Яковлевича талантом мыслителя, способностями творца и огромным сердцем, преисполненным добра, уважения и большой любви к людям. Его исключительные личные качества человека и гражданина снискали глубокое уважение и симпатии всех, кому посчастливилось быть с ним знакомым. С.Я. Петров обладает той удивительной притягательной силой, которая объединяет подле него людей самых разных взглядов, положений и возрастов как в России, так и за рубежом.

Возвращаясь к прошлому, нужно сказать: мы все у него в неоплатном долгу.

С.Я. Петров — участник Великой Отечественной Войны, награждённый орденами и медалями нашей Родины, был в числе тех, кто отстоял независимость нашего Отечества в тяжёлые годы войны и принёс нам мирную жизнь. Ещё будучи студентом Московского энергетического института он уже проявил незаурядные способности в учёбе и организаторской деятельности, долгие годы был Ленинским стипендиатом.

В 1947 году Сергей Петров приходит в дружный коллектив релейщиков, возглавляемый тогда Алексеем Михайловичем Федосеевым. Вначале это был институт «Теплоэлектропроект», а затем «Энергосетьпроект». В этом коллективе широко проявляется его талант инженера, он становится высококвалифицированным специалистом, способным организатором и прекрасным педагогом. С участием С.Я. Петрова создаются уникальные проекты релейной защиты и автоматики сетей и подстанций высокого и сверхвысокого напряжения.

С 1960 года Сергей Яковлевич возглавляет научно-исследовательскую и проектно-производственную лабораторию. Под его руководством и при непосредственном участии создаются новые устройства релейной защиты, немедленно внедряемые в серийное производство. И по сей день в энергосистемах России и СНГ работают надёжные и совершенные устройства, разработанные с использованием его изобретений.

В 1964 году С.Я. Петрову присваивается высокое звание Лауреата Ленинской Премии за разработку и участие в проектировании релейной защиты электропередачи 400 кВ.

Организаторский талант и широта электротехнических знаний позволили Сергею Яковлевичу долгие годы работать заместителем главного инженера головного в отрасли проектно-изыскательского и научно-исследовательского института «Энергосетьпроект». На этом поприще, помимо решения серьёзных текущих задач в энергетике страны, он принимал участие и руководил работами по созданию уникальной энергетической сверхмощной электропередачи постоянного тока 1500 кВ «Экибастуз—Центр».

В настоящее время С.Я. Петров является ведущим специалистом в ЗАО «ОРЗАУМ» в области релейной защиты, в том числе и её новейших разработок, использующих микропроцессорную базу.

Продолжая вести работы по проектированию релейной защиты сетей и подстанций практически всей России, Сергей Яковлевич уделяет большое внимание нашей смене — молодым специалистам, пришедшим в наш коллектив в последнее время.


Коллектив ЗАО «ОРЗАУМ»

Обсудить на форуме

Нужен кабель? Оформи заявку бесплатно