Особенности электроснабжения объектов НК «Роснефть»
 
Энергетика

Особенности электроснабжения объектов НК «Роснефть»

— Александр Андреевич, какой политики относительно строительства электросетевых объектов придерживается НК «Роснефть» и как осуществляется взаимодействие с сетевыми организациями?

— Мы стараемся придерживаться сетевой идеологии, поскольку энергобезопасность добычи — главная наша задача. Немаловажен и тот аспект, что компания уходит всё дальше и дальше на север Сибири, т.е. отдаляется от районов с развитой инфраструктурой. Строить объекты большой электрической мощности при отсутствии дорог и сезонности строительства получается дороже, нежели объекты сетевой инфраструктуры. Потом встаёт вопрос наладки и эксплуатации получившейся системы, что не является задачей добывающего нефть предприятия. Ресурсы газа в отдельно взятой нефтяной провинции ограничены, и через 12 — 15 лет встанет вопрос о невозможности покрытия дефицита мощности от собственного источника и необходимости получения дополнительной энергии со стороны. Поэтому желательно упреждающее развитие большой энергетики в регионах с планируемым промышленным развитием.

Но жизнь есть жизнь, поэтому начинать, безусловно, будем с дизельных установок малой мощности до 4—6 МВт. После получения газа, достаточного для выработки электроэнергии, надо будет строить модульные, быстромонтируемые газотурбинные станции с единичной мощностью около 6 МВт, а потом, при подтверждении запасов и при создании инфраструктуры транспорта продукта, переходить к собственным энергоисточникам, но не более 50—60 МВт. При невозможности дальнейшего развития добычи в этом районе надо создавать сетевую структуру, а лучше, чтобы она в рамках развития инфраструктуры была подведена силами сетевых компаний.

В обустроенных регионах мы работаем с существующими сетями и принимаем самое активное участие в этом процессе, в том числе и финансовое. Компания кровно заинтересована в развитии сетевой инфраструктуры, поскольку нефтедобыча — это не завод, и у нас не получается жить на чётко очерченной территории с построенными цехами. Специфика нефтяного электроснабжения заключается в очень протяжённых сетях разных классов напряжений с трансформациями с 220 до 0,4 кВ. Поэтому сетевой бизнес — это и наш бизнес, проблемы большой сетевой энергетики и нефтяной аналогичны. И, наверное, из-за того, что мы понимаем шаги друг друга без слов, наши отношения складываются непросто. Нельзя однозначно ответить на вопрос — как осуществляется взаимодействие с сетевыми организациями? В зависимости от обстоятельств и, в конечном счёте, от понимания влияния на нашу собственную энергобезопасность действий МРСК или ФСК.

— Улучшились или ухудшились в последнее время качество и надёжность электроснабжения? И где сконцентрированы основные проблемы — во внутренних или внешних сетях электроснабжения?

— В последнее время качество внешнего электроснабжения ухудшается год от года, иногда кажется, что была бы своя автономная система — было бы лучше, но это только кажется. Поскольку в своих сетях те же проблемы и, самое главное, способы решения этих проблем и внутри, и снаружи одинаковые. К ним можно отнести морально устаревшее сетевое оборудование, отсутствие в достаточном количестве компетентного персонала, а в большой энергетике — ещё и отсутствие единого центра ответственности. Надёжность работы сетей поддерживается вливаниями со стороны заинтересованных потребителей по договорам техприсоединения. Возможности финансирования энергетики потребителями не безграничны, а поэтому имеем то, что имеем. Более всего мы прочувствовали снижение надёжности в этом году по Самарскому региону и Удмуртии. Грозовой год доставил массу хлопот и им, и нам.

— Большинство потребителей электрической энергии едины во мнении, что тарифы на технологическое присоединение к электрическим сетям и тарифы на передачу электрической энергии значительно завышены. Каково Ваше мнение по этому вопросу?

— Наверное, они правы. Ведь доходит иной раз до абсурда — чтобы получить 3 МВт, надо реконструировать ПС 220 кВ. Договоры техприсоединения — это инструмент для инвестиций в развитие сетевой инфраструктуры. С одной стороны, дорого, а с другой — альтернативной процедуры нет. Нужны механизмы, которые бы работали на увеличение надёжности электроснабжения, и при этом механизм должен быть, как принято сейчас говорить, прозрачным и понятным для того, кто платит за это.

Относительно тарифов на передачу могу привести пример из нашей жизни. ГРЭС в регионе имеет средневзвешенный отпускной тариф 1,23 руб./кВт•ч, мы покупаем с оптового рынка по 2,5 руб./кВт•ч, тариф гарантирующего поставщика по СН2 — 3,48 руб./ кВт•ч, по НН — 4,56 руб./кВт•ч. Делайте выводы сами, кто же из потребителей будет доволен тарифами на передачу. Наши коллеги из ТНК-ВР вышли с инициативой по Уральскому федеральному округу с целью понять сетевиков, а заодно посоветоваться с большой энергетикой, может быть, потребителям уходить от них на свою генерацию? Это путь в никуда, поэтому правительство поручило пересмотреть тарифы на передачу в 2011 году. Реформу РАО закончили, а механизмы тарифообразования и инвестиций не создали, вот в чём корень проблемы.

— Какие шаги, на Ваш взгляд, должны предпринять сетевые компании для оптимизации тарифов и приведения качества услуг в соответствие с запросами потребителей?

— Не думаю, что я смогу давать советы армии экономистов, предлагающих механизмы оценки деятельности сетевых организаций. Но мне кажется, что только совместная собственность на сетевое оборудование позволит решать проблему тарифов эффективно. Другими словами, надо сделать так, чтобы все финансовые затраты на развитие своих сетей 6—220 кВ, понесённые потребителем, последний потихоньку, через дивиденды и тарифы, получал в виде какой-то компенсации за усилия, потраченные на улучшение сетей. А это, на мой взгляд, может быть только в том случае, если он становится собственником сетей. В идеале для прекращения споров по тарифам надо, чтобы в состав акционеров, например, Тюменьэнерго входила и Роснефть, тогда у нас появляется решение проблемы техприсоединений и передачи сетевых объектов на взаимовыгодных условиях. Также снизится количество «прокладочных» фирм, что позволит снизить тариф. Это будет монополизация, но ведь сетевая энергетика и есть монополия.

— Уникальность НК «Роснефть» в том, что она не просто потребляет электроэнергию из внешних сетей. На её балансе сегодня находится значительное по объёму сетевое хозяйство. В чём основные различия в управлении сетями в НК «Роснефть» и в сетевых компаниях Холдинга МРСК? Есть ли примеры взаимного обмена опытом по отдельным вопросам?

— Да, в нефтяной промышленности Западной Сибири были в 1973 году созданы специализированные предприятия по эксплуатации электрических сетей «Энергонефти», сначала под Главтюменьнефтегазом, а потом в Нижневартовском, Сургутском и Юганском нефтяных объединениях. За образец была взята структура предприятий большой энергетики, поэтому структурно Энергонефти ОАО «Роснефть» похожи на сегодняшние сетевые предприятия. Это отдельная история — пути развития этих предприятий, их видоизменения и прочее. Важно другое — что опыт Западной Сибири в условиях постоянного старения оборудования, увеличения потребности в электроэнергии и снижении объёмов добываемой нефти на стареющих месторождениях привёл к тиражированию полезного опыта и распространению его на все крупные нефтяные предприятия страны. Проблемы аналогичны, а отличия главным образом связаны с тем, что мы всё же промышленные энергетики и наша главная задача — обеспечение энергоносителями процессов, связанных с добычей нефти.

Обмен опытом с сетевыми компаниями происходит постоянно при совместной работе по устранению аварийных ситуаций, переговорах по договорам техприсоединения, при решении вопросов устойчивости узлов нагрузки и т.д. Все энергетики понимают сиюминутность и абстрактность процессов нашего ремесла, поэтому с удовольствием делятся опытом с коллегами. Мы должны действовать быстро и согласованно на всех уровнях системы электроснабжения. Для этого надо понимать и уважать мнение коллег. Надеюсь, и дальше так будет.

— В последнее время ОАО «Холдинг МРСК» продвигает политику консолидации электросетевых активов под единым управлением. Рассматривает ли НК «Роснефть» возможность передачи своих сетей (или их части) в сетевую организацию? Если да — на каких условиях?

— Да, мы с удовольствием бы отдали часть оборудования, не свойственного потребителям нефтяной промышленности, на баланс сетевых компаний. Условия передачи не ясны. Если нам предложат вариант, который бы не ущемлял интересов компании и при этом не снижал надёжность и достаточность электроснабжения нефтепромыслов, то, я думаю, договоримся.

— Как и в любой сетевой организации, в НК «Роснефть» ощущается кадровый голод — велика потребность в квалифицированных специалистах технической направленности. Как решаются эти вопросы?

— Сегодня кадровый голод не только в нашей профессии, это явление характерно для всех технических специальностей. Если ещё учесть ориентирование выпускавшегося в Советском Союзе оборудования не на безотказность в работе при минимальном ремонтном воздействии, а на стройную систему планово-предупредительных работ с необходимым персоналом, технологическими картами, материалами и транспортом — нас ждёт катастрофа. В энергетическом подразделении «Роснефти» не происходит ничего особенного при подготовке смены, всё так же, как и во многих других компаниях. Но хотелось бы отметить, что соревнования профессионального мастерства проходят периодически раз в год по регионам деятельности компании, а это говорит о том, что учебные классы и полигоны созданы в каждом энергоподразделении нефтяных компаний. Два раза в год происходят технические советы главных энергетиков и главных инженеров Энергонефти нефтяных компаний по актуальным вопросам. Пытаемся для повышения квалификации проводить ротацию кадров.

— Одно из модных направлений в работе с персоналом в последние годы — создание советов молодых специалистов. Есть ли подобная организация в НК «Роснефть»?

— Да, в нашей компании существует совет молодых специалистов. Но самое интересное — то, как проходят ежегодные конференции молодых специалистов и какое желание участвовать при этом показывают ребята. Компания очень большая, поэтому отбор финалистов проходит в несколько этапов. Имеется секция энергетики, в которой количество докладов колеблется от 12 до 16. Доклады интересны, но ещё интереснее их обсуждение, особенно когда одну проблему рассматривают два поколения. Это полезно для обеих сторон.

— Как в Роснефти происходит процесс передачи знаний от опытных специалистов молодым? Существует ли система наставничества?

— Все проверенные временем средства хороши, только не надо формализовать их. И советы молодых специалистов, и доски почёта, и показатели личной эффективности, и конкурсы «Лучший по профессии», и многое другое вернулось в нашу жизнь. Ну а у электриков наставничество — дело святое, ведь профессия наша очень опасна и коварна, не прощает ошибок. Поэтому «курс молодого бойца» обязателен для всех, вне зависимости от уровня образования.

— Что, по Вашему мнению, необходимо изменить в системе подготовки молодых специалистов, для того чтобы они максимально соответствовали требованиям, предъявляемым к ним со стороны НК «Роснефть»?


— Я считаю, что специально что-то менять не стоит. Существует система дополнительных мероприятий, которая должна постоянно изменяться в соответствии с требованиями сегодняшнего и завтрашнего дня. Арсенал средств достаточно большой, цели прорисованы чётко — остаётся молодым понять, для чего им надо становиться профессионалами в избранной профессии. Как и в учёбе — первые три курса ты работаешь на зачётку, потом она на тебя. Участие в различных мероприятиях, проводимых компанией, позволит молодым специалистам стать полноправными членами нашего коллектива, понять суть корпоративной этики и поддержать либо отвергнуть цель и миссию нашей компании.


Беседовала Екатерина Гусева

Обсудить на форуме

Нужен кабель? Оформи заявку бесплатно