"Мы ничего не исключаем". Экспорт, мелкосерийка, компаунды, резина, сшивка и 32 000 м² возможностей для НПП "Спецкабель"

В открытой студии RusCable.Ru на выставке Проволока России 2026 (Wire Russia) взяли самое веселое и жизнеутверждающее интервью в кабельной отрасли за последние пару лет у хедлайнера кабельной отрасли Сергея Лобанова, вице-президента НПП "Спецкабель", который умеет удивлять и может немного посмеяться и слегка поиронизировать над тем, как меняется кабельный бизнес. Пока одни заводы стараются удержаться на плаву, НПП "Спецкабель“ строит новый большой кабельный завод в Москве с размахом на 32 000 м² . В интервью поговорили о больших планах, оборудовании, гибкой стратегии и о том, как оставаться на шаг впереди, когда рынок постоянно меняет правила игры.

Сергей Лобанов пришел на интервью прямо из отпуска, где катался на серфинге в максимально летнем образе (яркая гавайская рубашка, шорты, сланцы). Его необычный отпускной внешний вид подчеркивал технологичный рюкзак с LED-экраном, на котором сменялись мемы, которые иногда очень ярко подчеркивали ситуацию на рынке. Для полного понимания всей иронии ситуации и юмора разговора, рекомендуем посмотреть видеоверсию интервью из открытой студии Wire Russia 2026.

У Вас запланировано 32000 м2 под новый цех в Москве. Есть уже информация о закупке линии радиационной сшивки и наклонной линии. Получается, «Спецкабель» скоро выйдет на производство кабелей среднего, а возможно, и высокого напряжения?

Честно скажу, мы даже не думали об этом в таком ключе.

А наклонная линия будет для работы с резиной?

Да, возможно. А возможно, её и не будет вовсе. Пока мы думаем, пока взвешиваем варианты. У нас ещё есть возможность выбирать оборудование и гибко распределять ресурсы. Решаем, что поставить, а что — нет. По мере того как формируются и корректируются планы по разработкам, мы пересматриваем и планы по оснащению нового завода. Планы у нас постоянно верстаются и меняются — и мы адаптируем под них комплектацию оборудования.

Главное, что площади будут — на них можно разместить всё необходимое. Если захотим, сможем организовать наклонную линию под большие сечения, под кабели среднего или высокого напряжения. Захотим линию под резину — поставим. Ещё не подошёл срок, ещё далеко до монтажа и запуска оборудования. У нас пока достаточно времени, чтобы выбирать, заказывать, менять решения в соответствии с текущими потребностями.

Сейчас посмотрим: если окажется, что работа с резиной не имеет смысла, поймём, что идти в этом направлении незачем. В таком случае откажемся от наклонной линии под резину. Важно понимать, что ваш проект — это не какая‑то константа, не застывшая схема.

Часто об НПП «Спецкабель», упоминают в контексте офсетных контрактах, которые реализуются в Москве. Под них формируется гарантированный спрос, кабельщикам кажется, что вся история со строительством нового завода НПП “СПЕЦКАБЕЛЬ” и связана с этими офсетными контрактами, но вы ведь тоже рискуете, вступая в такой сложный инвестиционный цикл?

Ну, как сказать… Мы всегда рискуем. И, скажем так, мы всегда так работали. Мы никогда не планировали производство, заранее жёстко фиксируя состав оборудования и распределение площадей. У нас никогда не было чего‑то абсолютно стабильного и неизменного. Наш конёк — универсальность. Максимальная универсальность. Этот подход сохраняется и сейчас, на новой площадке.

Мы в реальном времени отслеживаем, что происходит на рынке, куда смещается спрос — и подстраиваемся под эти изменения. Поэтому, да, проект точно не является константой. Конечно, есть обязательный минимум — те работы, которые мы точно реализуем.А вот по глобальным решениям мы ещё будем думать, ещё будем принимать решения — время для этого есть.

Когда я был у вас на заводе, видел там европейские линии и другие интересные, качественные решения. А что сейчас лежит в основе проекта — хотя бы в предварительных планах? Это, как у многих, оборудование из Китая? Или это некая сборная солянка со всего мира — разные доработанные решения, своего рода «хардкор» в стиле текущего парка оборудования НПП “СПЕЦКАБЕЛЬ”?

Однозначно — Китай. Китайское оборудование, причём от разных производителей. Начиная с 2023 года мы посетили очень много заводов, выпускающих оборудование. С большим числом производителей мы уже прорабатывали проект нашего завода. Думаю, в итоге у нас будет представлено как минимум десять разных производителей. Как минимум. И мы продолжаем искать новых партнёров — работа не останавливается.Понятно, что есть известные китайские лидеры рынка — такие, как «Смартер», «Хэндин», «Хонта» и другие. Но и для нас они не являются какой‑то незыблемой константой.

Мы сравниваем варианты, изучаем информацию, собираем отзывы от пользователей, у которых уже установлено это оборудование. Таким образом, у нас сохраняется гибкость. Мы по‑прежнему можем менять производителей, корректировать проект — потому что, как я уже говорил, до момента монтажа оборудования у нас ещё достаточно времени. Запуск запланирован на осень 2027 года. Так что у нас в запасе как минимум ещё год.

Обычно заводы вводят в эксплуатацию очередями. Такие решения изначально закладывались в план. Что будет в первой очереди завода?

Именно это и отражает наш подход к использованию площадей. Мы всегда работали так и продолжаем в том же духе. Сейчас мы заполним максимум треть площадей.

Остальное оставим «на вырост», потому что спрос будет меняться, рынок будет трансформироваться. Мы не хотим сейчас занимать все площади однотипным оборудованием. Нам по‑прежнему важна гибкость — ведь мы стремимся постоянно осваивать новые технологии.

Когда строишь завод, в идеале должна меняться и модель дистрибуции.

Многих на рынке беспокоит этот момент: например, все напрягаются из‑за того, что в Москве строится большой завод. Все думают: «Наверное, „Спецкабель“ теперь будет активно выходить во все DIY‑сети» или: «„Спецкабель“ начнёт работать со всеми дистрибьюторами». У вас же исторически сложилась модель, при которой вы сами контролируете все свои продажи. Планируете ли вы постепенно переходить на дилерскую модель? Например, взаимодействовать с проектными институтами, создавать распределённые склады — в общем, менять структуру хранения и сбыта.

Мы не планируем каких‑либо существенных изменений в этой части. У нас есть проверенные дилеры, которые стабильно закупают у нас крупные объёмы.

А они держат товар на собственных складах?

Да, они хранят продукцию у себя. Сейчас по стране у нас, по‑моему, 12 крупных дилеров. 

Это довольно мало. Обычно на рынке сотни компаний занимаются продажами.

Да, наша модель немного отличается от типовой, стандартной схемы.Мы планируем и дальше сохранять максимальную гибкость и универсальность в вопросах реализации и продаж. DIY‑сети, онлайн‑площадки, маркетплейсы — мы будем пробовать эти каналы. Всё это есть в планах. Но это не кардинальные изменения, а скорее дополнение к уже существующей системе.

Естественно, остаётся и работа с государством. Как ты упомянул, офсетные контракты — отличная инициатива правительства Москвы. 

Ещё один момент: в последнее время я побывал на нескольких предприятиях и заметил, что набирает обороты бизнес‑модель, ориентированная на сборки. По сути, кабельный завод может работать довольно медленно: например, линейная скорость составляет всего 5 метров в минуту — то есть отдельные операции действительно очень неторопливые. При этом в цехе работают два оператора, а 12 человек заняты сборками. Получается такая модель: кабельщики всё больше смещаются в сторону производства конечной продукции. Отражается ли это изменение в вашей стратегии? Замечаете ли вы этот тренд — переход к выпуску продукции с кабельными концевателями и т. п.?

Мы занимаемся сборками уже как минимум 20 лет. Коаксиальными сборками мы работаем чуть ли не с «древнейших времён». Оптические сборки у нас успешно функционируют уже несколько лет — это направление живёт, развивается и масштабируется. То же самое касается огнестойких кабельных линий — это тоже своего рода сборка. Это конечный продукт с дополнительной обработкой — он существенно отличается от простого кабеля или несущих систем.

Так что да, это направление давно освоено, мы активно его используем, развиваем — и отказываться от него не собираемся.

Тогда вернёмся к модели продаж ОКЛ (огнестойких кабельных линий). Сейчас активно развиваются различные IT‑сервисы. Вкратце суть такая: это облачная программа. Ты заходишь в неё и делаешь расчёт, дальше эта спецификация всё время существует в облаке. Как только регистрируется проект, он закрепляется за тобой, у тебя появляется свой менеджер, и по этой же спецификации происходит отгрузка. То есть всё реализовано в едином интерфейсе, в таком «едином окне», где продавец полностью контролирует процесс. В случае с UKL (и в лучшем случае у других производителей) ситуация выглядит так: кто‑то где‑то купил продукцию, вроде приложил какой‑то сертификат… В вашем же случае вы стараетесь всё отгрузить, но при этом нет полноценного управления жизненным циклом продукта. Я уверен, что у «Спецкабеля» точно нет чёткого понимания, где все их ОКЛ‑изделия сейчас установлены. Вы ведь наверняка не можете отследить все объекты, на которых они используются?

Знаешь, я бы усомнился в этом утверждении, что мы не знаем.

То есть вы всё‑таки продвинулись в этом направлении? Вы точно знаете, где установлены ваши ОКЛ?

Да, у нас ведётся очень чёткий учёт. Думаю, мы действительно знаем обо всех единицах.

Тогда хотел бы спросить про «Честный знак». Сейчас идёт активное внедрение этой системы. Ваша номенклатура наверняка попадёт под маркировку — какие‑то позиции уже включены, какие‑то пока нет. Есть ли у вас какие‑то ожидания от этой инициативы — и положительные, и связанные со сложностями внедрения?

«Честный знак» уже очень сильно помог нам — правда, в первую очередь в решении внутренних задач. В частности, при построении нашей ERP‑системы учёта эта инициатива сняла один вечный вопрос, который у нас висел уже много лет: развивать единую ERP с многочисленными доработками, специально адаптированными под наши процессы, или директивно перевести всё на типовой функционал. «Честный знак» дал однозначный ответ: нужно устранять все «костыли», убирать дополнительные доработки и работать на типовом функционале. Без этого функционал «Честного знака» будет работать крайне плохо.

По сути, решение было принято за нас, и теперь все, кто раньше выступал против перехода на типовой функционал, уже не могут ничего возразить. Мы довольны таким развитием событий.

Хороший выбор, когда выбора нет.

Да, верно. И то, что удалось снять этот очень болезненный вопрос, который всегда вызывал массу споров и внутренних «сражений», сильно облегчило жизнь нашим IT‑специалистам. Это очень хорошо.

В последние лет семь на многих предприятиях активно развивались аддитивные технологии. Все начали печатать какие‑то калибры, небольшую оснастку… Я впервые побывал на заводе, где решили печатать коннекторы и другую периферию для своих специальных сборок — то есть выпускать сопутствующую продукцию, необходимую для собственных изделий. На некоторых кабельных заводах уже стоят термопластавтоматы: они штампуют какую‑то простую электрику и прочее. Скажите, будет ли у «Спецкабеля» развиваться направление аксессуаров? Планируете ли вы двигаться в эту сторону?

Массово — пока нет. На нашем предприятии много 3D‑принтеров, потому что мы занимаемся специфической продукцией и постоянно вынуждены печатать разные калибры и вспомогательные инструменты. Сейчас это потихоньку начинает переходить и в готовую продукцию. Например, для оптических сборок, которые мы делаем для военных, важно, чтобы катушки, с которыми они устанавливают оборудование в полевых условиях, были максимально удобными. Некоторые детали и держатели мы можем просто напечатать сами, а не заказывать на стороне.

Речь идёт о небольших тиражах?

Да, о небольших, потому что это всё специальные изделия. Так что пока в массовую готовую продукцию это не идёт. Если мы и будем выпускать какие‑то пластиковые элементы, то делать это будем на термопластавтоматах. 3D‑печать для серийной готовой продукции — это, скажем так, не самый эффективный вариант: и качество получается ниже, и прочность меньше, и материалы не те.

Я разговаривал с вашим коллегой Николаем Аксёновым на выставке «Энергетика и электротехника» в Санкт‑Петербурге. Мы обсуждали, в частности, вопросы судостроения: там есть определённые нюансы, связанные с перепроектированием техники и с разными требованиями к кабельной продукции. Есть ли у вас потенциал для того, чтобы создавать что‑то своё, уникальное? Не идти проторёнными путями, не копировать существующие конструкции, а разрабатывать оригинальные решения, которые помогут защитить свой сегмент рынка?

Да, без проблем. Мы это любим, умеем и практикуем практически всю жизнь.

Смотрите интервью с Николаем Аксеновым НПП "Спецкабель"

Приведите, пожалуйста, какой‑нибудь пример конкретный.

Мой любимый пример — как раз из этой области. В 2022 году многие игроки ушли с рынка, и у нас появилась хорошая возможность проявить себя. Например, когда компания LAPP перестала официально поставлять кабель для робототехники, мы оперативно разработали замену — кабель серии СКЛОН. Мы использовали чисто отечественные материалы, а стойкость к перегибам у нашего кабеля оказалась примерно в четыре раза выше, чем у продукта LAPP. По сути, мы подняли планку на такой уровень, до которого LAPP просто не может дотянуться.

Это связано с тем, что у них нет подходящих материалов?

Тут я, пожалуй, воздержусь от подробностей, потому что речь идёт о ноу-хау: важны не только материалы, но и сама технология изготовления. В итоге мы добились стойкости к перегибам примерно на уровне 20 миллионов циклов — против 5 миллионов у аналога.

Этот продукт сейчас выпускается серийно?

Да, серийно. Например, он используется в дверях электробусов и в других подобных решениях. То есть это универсальное гибкое применение. Изначально разработка велась по запросу РУСАЛа: у них в цехах много подвижных механизмов, и кабели там фактически являются расходным материалом. Сейчас этот кабель пошёл в массы и применяется не только в промышленных роботах, но и везде, где нужны гибкие соединения. В планах — развивать эту серию, добавлять новые функции и расширять сферы применения.

Сейчас ни для кого не секрет, что рынок в целом падает, ситуация непростая, и на нём появляется демпинг. Бывает так: ты выставляешь свою стандартную цену, но кто‑то, кому особенно тяжело, готов давать любую цену, лишь бы загрузить производство. Сталкиваетесь ли вы с такими кейсами? При этом речь не обязательно о фальсификате — просто некоторые игроки роняют рынок и тем самым ломают рентабельность привычных продуктов.

Да, сталкиваемся постоянно. Такая ситуация возникла не в этом и не в прошлом году — она наблюдалась уже в 2022‑м и 2023‑м. На наш взгляд, это нормальная, естественная жизнь любого рынка: всегда находятся те, кто готов уронить цены, лишь бы взять объёмы. Это привычная ситуация, просто сейчас она, возможно, встречается чаще. Но для нас это не является проблемой.

А как работать в этих условиях, выпускать что-то другое?

Мелкосерийная и штучная продукция — это примерно 80% наших заказов. За счёт своей универсальности мы можем набирать объёмы понемногу со всех возможных рынков. Мы всегда жили за счёт этого, ориентировались на такую модель и продолжаем по ней работать. Наш секрет — в универсальности и способности изготовить то, за что больше никто не возьмётся.

Вот он — секрет успеха и устойчивого движения на рынке: быть максимально гибким, браться за то, что больше никто не берётся делать, не останавливаться, постоянно развиваться и что‑то создавать. Кстати, не планируете ли вы построить у себя цех по выпуску компаундов, какой‑нибудь участок, где можно будет «намешать» свою химию?

Мы в принципе ничего не исключаем.

Просто вопрос в том, стоит ли уже сейчас относить вас к категории производителей компаундов? 

Ещё рано. Мы объявим об этом, когда придёт время.

Какой сейчас главный тренд? Я заметил, что набирает обороты направление взрывозащищённости. Ставка была на взрывозащищённость может стать точкой роста для кабельщиков?

Да, это растущий и перспективный рынок. Это действительно «гига‑тренд». Больше каких‑то столь же масштабных и заметных драйверов я сейчас не вижу.

Сейчас основная работа — с теми сегментами, которые ещё остаются на рынке. Рынки в целом уменьшаются, и идёт борьба за выживание, обостряется конкуренция. Я уже с 2023 года открыто и громко заявляю (и при каждой возможности повторяю), что, на мой взгляд (и, думаю, не только на мой), российскую промышленность спасёт только экспорт. Причём экспорт в дальнее зарубежье, а не только в страны СНГ. Россия не способна обеспечить кабельную промышленность достаточным объёмом спроса. Главный выбор — это экспорт, экспорт и выход на дальние рынки.

Это был Сергей Лобанов — в суперстильном образе на выставке Проволока России 2026, с отличным настроением. Сразу чувствуется лето в Москве: всё так красиво, всё классно! Большое спасибо!

Спасибо за разговор!

Смотрите видеоверсию интервью

Слушайте в формате подкаста