Интервью

Павел Цветков: "Я на 100% уверен, что кабельная промышленность России может все...

27.09.2021
Обсудить на форуме
Карточка компании Сарансккабель
Время чтения ≈ 41 мин
1018

Летом 2021 года команда RusCable.Ru отправилась в большой кабельный тур по заводам России, и одним из первых было одно из ведущих предприятий кабельной промышленности – завод «Сарансккабель», который за более чем полувековую историю освоил выпуск кабельно-проводниковой продукции различного назначения для многих отраслей промышленности. Генеральный директор медиахолдинга «РусКабель» Александр Гусев взял большое интервью у директора «Сарансккабеля» Павла Цветкова. Разговор двух технологов получился интересным, обсудили темы важности внутрикабельных сообществ и борьбы с некачественной продукцией, а также текущие возможности отрасли, и, конечно, Павел поделился своими впечатлениями от работы и вступлением в должность директора завода, а также рассказал о поставленных задачах на ближайшее время.

– Сегодня мы в гостях у «Сарансккабеля». Мне очень приятно здесь находится, потому что твое имя я слышал и знаю уже много лет, и ты ассоциируешься у меня исключительно с брендом «Севкабель». О «Севкабеле» мы поговорим чуть позже, а сейчас я бы хотел представить тебя нашим зрителям и узнать, с чего начинался твой путь в отрасли: первое место работы, насколько я знаю, – это легендарный «Электрокабель», Кольчугинский завод. Расскажи, как ты там оказался? 

Рад принять всех вас у нас на заводе. Мой путь начался в 1997 году, когда я после 8 класса поступил в электротехникум на специальность «кабельщик». Отучился там четыре года, прошел практики в цехах завода, а потом поступил в политехнический университет в Перми, также на кабельную специальность. После выпуска вернулся в Кольчугино и устроился на «Электрокабель», где проработал три года в цеху по производству шланговых кабелей, до 2005 года. Где родился, там и пригодился. Закончил работать в цеху по производству шланговых кабелей. Потом так получилось, что я попал в Санкт-Петербург: поехал в отпуск туда и проработал 15 лет на заводе «Севкабель», с небольшим перерывом: с 2008 года я несколько лет трудился в компании Nexans.

– Я все-таки хочу остановиться на «Электрокабеле»: ты работал в самые интересные, на мой взгляд, периоды для завода. На тот момент «РусКабель» уже существовал около пяти лет, и мы достаточно плотно работали с руководством и маркетинговым составом Кольчугинского завода. На мой взгляд, тогда завод «Электрокабель» был абсолютным новатором в области маркетинга: красочные каталоги, которые были у каждого проектировщика на руках, – серьезный веб-ресурс; с точки зрения маркетинга, была сделана целая революция. 

Ты тогда, работая в «Электрокабеле», поехал получать высшее образование в Пермь?

Да, после техникума по совету друзей и руководства завода я поехал получать высшее образование

– А почему выбор пал на Пермь, а не столицу?

Пермский институт окончило все руководство нашего завода. Мне тогда повезло, и я застал преподавателей, которые были максимально квалифицированы, и дали студентам очень крепкую, на тот момент, базу знаний. Как сейчас обстоят дела – не знаю, к сожалению, преподавательский состав поменялся.

 – После того как ты поработал на «Электрокабеле», ты оказался в Питере. Именно с этого момента, на мой взгляд, началось рождение бренда “Павел Цветков”. Когда и при каких условиях ты оказался в «Севкабеле»?

В 2005 году собственник «Севкабеля» Геннадий Макаров решил вложиться в производство кабелей с резиновой изоляцией, а так как я работал в этом направлении на «Электрокабеле», мне сделали предложение, от которого я не смог отказаться. Наверное, самое интересное в то время — покупка и запуск в эксплуатацию линии по переработке резины, резиносмесительного комплекса компании Harburg Freudenberger и освоение судовой тематики. Мы тогда трудились без выходных, работа была интересная, но продолжалось это недолго – года четыре, а затем сменилось руководство. 

– Ты упомянул Геннадия Макарова; по моему мнению, это сверхинтересный человек. Именно с него началось мое знакомство с «Севкабелем»: с генеральным директором завода Владимиром Бухиным я тоже познакомился именно тогда. Интересные были времена у «Севкабель-Холдинга».  По сути вы тогда стали первым кабельным холдингом, который аккумулировал вокруг себя колоссальные ресурсы, а когда «Сарансккабель» вошел в состав этого гигантского концерна – это событие стало вишенкой на торте. 

Давай немного отойдем от темы «Севкабеля». Мне вот что еще интересно: расскажи о том коротком периоде работы в Nexans.

Да, я попал к ним как раз в момент запуска завода в городе Углич. Специализация завода на тот момент была не очень интересной: это общепром, НЮМы, среднее напряжение, СИПы, но интересным было регулярное посещение многих зарубежных предприятий. Очень хотелось посмотреть и узнать, как у иностранцев все организовано. А организовано там все по-другому.

– С точки зрения менеджмента или технического оснащения?

Nexans – это холдинг; он огромный, и там была развита кооперация между заводами. Также достаточно развита специализация, есть несколько институтов, которые работают по разным направлениям и тематикам: кто-то занимается оффшорной тематикой, кто-то разработкой новых материалов. Есть заводы, которые специализируются на скрученной голой ТПЖ, у нас в России этого нет. Идея Геннадия Александровича Макарова была, на мой взгляд, правильная, потому что сегодняшние заводы – гипертрофированы: куча оборудования, незагруз и прочее. Я думаю, что в будущем у нас будет два – четыре холдинга.

– Да, укрепление структуры и специализация каждой из производственных площадок на определенных видах продукции – все по советской схеме.

За рубежом в крупных компаниях так многие и работают: договариваются с другими холдингами по лимитам на каждый рынок. Только так и выживают.

Александр Гусев и Павел Цветков в офисе «Сарансккабель»

– Интересно. А как ты потом снова оказался на кабельном заводе «Севкабель»?

Мне предложили должность технического директора предприятия, это было интересно.

– Я так понимаю, что тебе вообще все интересно, что связанно с техникой, правильно?

Да, совершенно верно. Я бы и работал там по сей день, если бы не последние события.

– Вот эти события лично для меня – очень грустные. Тем не менее, когда ты находишься на Васильевском острове в Петербурге, идешь по территории завода, когда ты видишь эти стены из красных кирпичей, трогаешь их, то ты понимаешь, сколько здесь аккумулировано кабельного интеллекта. Я там был, и знаю это ощущение. Мне очень нравился «Электропровод» тем, что там очень много немецкого оборудования, которое было трофейное. Есть легенда, что на «Подольсккабеле» ангар одного из цехов до сих пор сохранил элементы Второй мировой войны. 

Когда завода не стало, а на его месте появился красивый «Севкабель Порт», а затем начались все эти разборки, расскажи, что ты чувствовал как человек, которого столько связывает с этим местом?

Первое время, как и всем, мне было грустно, но жизнь продолжается, тем более это случилось не в этом году. Все стало понятно еще в 2017-м, когда собственник решил продать землю и ни копейки не дать заводу на релокацию площадей. Тогда уже стало ясно, что нужно думать о будущем и, скорее всего, придется уехать из Петербурга. Через несколько лет, кстати, на этом живописном месте у Финского залива появятся жилые дома.

– Получается, весь накопленный опыт, который начинался с Кольчугино, «Севкабеля» и западного опыта с Nexans, ты аккумулировал в себе и оказался здесь, в Саранске, который сегодня считается столицей кабельного мира. 

Ты технарь, ты человек, который скрупулезно знает и понимает все детали производства, конструкций кабеля, а еще ты видишь будущие тренды и т.д. Если говорить об управлении большим предприятием, как «Сарансккабель», то за последние 10–15 лет наметилась тенденция, когда к руководству приглашают эффективных менеджеров, которые вообще мало понимают в технике. У меня недавно было интервью с Изяславом Борисовичем Пешковым, он как раз именно эту тему и затрагивал: говорит, что проблема современного кабельного мира в том, что люди, которые ничего не понимают в кабеле, приходят в отрасль. А ты как раз наоборот: слишком хорошо понимаешь в кабеле. Скажи, почему на «Сарансккабеле» выбрали технического специалиста во главу руководства завода? Мы скоро увидим какое-то глобальное перевооружение «Сарансккабеля» или новые векторы развития в новой продукции?

Насчет компетенции и бренда: я считаю, что бренда “Павел Цветков” не существует, у нас была на «Севкабеле» команда, она и сейчас есть. Мы все вместе общаемся, в одной сфере работаем, нас пять-шесть человек и делаем мы примерно одно и тоже: заняты на разных проектах, помогаем друг другу. Что касается выбора меня, а не кого-то другого. Я MBА не оканчивал, не думаю, что это в чем-то мне полезно. Но должен сказать, что последняя команда Александра Эрнестовича Вознесенского вкладывала в наше обучение большой ресурс, за это им большое спасибо. 

Возвращаясь к теме, почему выбрали меня: задачи, которые передо мной как перед директором поставили, носят скорее технический и производственный характер, чем компетенции в области продаж или экономики. Не хочу говорить эту обыденную фразу “бережливое производство”, но без него не обойтись: здесь оно началось, как у всех, несколько лет назад. Сейчас мы двигаемся в этом направлении, а самая главная задача на сегодня – сократить сроки изготовления кабеля, чтобы наши клиенты почувствовали реальное сокращение. По поводу оптимизации персонала, здесь уже была проведена достаточно серьезная работа, она продолжится и при мне, потому что численность «Сарансккабеля» сейчас достаточно высокая.

– Да, вы насчитываете примерно 1200 сотрудников?

Вместе с ООО «Эпромет» – да, 1200 человек. Где-то будет частичный переход на аутсорсинг.  В части автоматизации есть задача по IT, в части модернизации производства тоже есть задачи, но это уже больше связано с какими-то расширением «узких мест», потому что собственник, который купил в 2015 году «Сарансккабель», вложил сюда около 3 млрд рублей и купил современные европейские линии. Основные три задачи: это IT, модернизация и новые изделия. Что касается новых изделий – сейчас пока ничего не готов сказать по этому поводу, потому что, помимо простого производства, важно наладить канал продаж. Кабель – это не микроэлектроника, тут нет высших материй, но тем не менее нужна большая работа в области продаж, проектного бизнеса – то, чем обладают, например, иностранные предприятия. 

– Ты наверняка читаешь RusCable.Ru, недавно там была статья о крупном тендере на поставку щелевого (радиочастотного) кабеля на 600 млн рублей для нужд Московского метрополитена. Насколько мне известно, у Саранска есть определенные компетенции в области радиочастотного кабеля. Ты бы мог прокомментировать: почему в России нет производителя, который был бы готов удовлетворить этот тендер на 600 млн, и почему мы этого не делаем?

– Касаемо этого тендера, могу предположить, что изготовитель оборудования прописал свой кабель, соответственно, даже если снабженец из метрополитена захочет купить отечественный кабель, у него не получится. Я на 100 % уверен, что кабельная промышленность России сейчас все делает на букву «Ф», в том числе и этот кабель тоже сделали бы, но изготовитель оборудования, как правило, снимает гарантию. Это такая же история, как с вышками сотовых компаний. В свое время завод «Цветлит» разработал и начал производство такого кабеля, но продолжения не было из-за того, что изготовитель оборудования сказал: «Если вы покупаете чужой кабель, мы снимаем гарантию с оборудования».

– А как с этим вообще бороться и стоит ли?

Стоит однозначно. Однако этим уже должно заниматься правительство, Минпромторг, например. Это касается не только метро, но и других областей, ведь ситуация легко победима, было бы желание – у нефтегазовых компаний в том числе, а не только у метрополитена. Нужно найти изготовителя оборудования – и все. Есть некоторые ноу-хау, которые еще в России не изготавливаются. 

Но могу сказать, что оборудование для нефтегазовой сферы, те же манифольды и прочее, мы готовы изготавливать в России, соответственно тема шлангокабелей на 100 % могла бы воплотиться на каком-нибудь заводе при должных инвестициях. Что касается метро, я не специалист в радиоэлектронике, но можно было посмотреть не европейских производителей, а азиатских, например, которые были бы более сговорчивы, а вообще, нужно подписывать договор о будущей покупке с крупными госкомпаниями, брать под проект деньги и реализовывать. Но опять же, это воля госкомпаний и Минпромторга, то есть, если они будут в этом заинтересованы то, я думаю, что в ближайшие годы мы сможем выйти на совершенно другой уровень.

– Раз мы заговорили о Минпромторге, мне было бы очень интересно узнать твое мнение о тех видах продукции, которая у нас пока не производится, и о недавней истории с «Энергомостом».  Изначально предполагалось, что это будет какой-то западный производитель, потому что мы сами в России не производим кабель для подводной прокладки такого уровня, потом это стал китайский производитель Hengtong, они проложили там 14 ниток. Как ты считаешь, российской кабельной промышленности нужны такие виды кабеля?

Подводную тематику я бы разделил на две: на добычу газа и нефти, и второе – энергетический оптический кабель для «Россетей». «Россети» практически не потребляют эти кабели, но рынка не будет, если его не формировать. Понятно, что все переходы сейчас через реки реализуются на неизолированных кабелях, соответственно «Россети» теряют в надежности: ветер, обледенения и прочее. Хорошей альтернативой стала бы именно подводная тематика – она на 100 % более надежна и выгодна для кабельщиков. Все бы обрадовались тому факту, что рынок начал расширяться; а пока мы можем сами его формировать, но на это нужны инвестиции и, конечно, смелость. 

- Скажи, «Севкабель» ведь обладал определенными возможностями и компетенциями для производства именно подводного кабеля, благодаря свободному доступу к причалу. Однако есть другое мнение, что уровень воды там слишком мал, чтобы действительно говорить о возможностях для производства подводного кабеля, там нужна немного другая глубина. Так ли это?

Это не совсем так. Можно было просто сделать дноуглубительные работы и выйти на фарватер, там глубина была 4 метра, буквально метров сто до фарватера. Где-то 10–20 млн рублей, срок – месяц-два и все, проблема была бы решена. А так да, на «Севкабеле» 33 км кабеля диаметром около 100 мм одной длиной спускали на судно, и этим занимались десятилетия, но потом военные перешли на оптику. Естественно, стали закупать подводную оптику за рубежом, потому что в России ее тоже никто не делает. Но сейчас уже есть несколько площадок, которые готовы к такому роду производства.

– Эти площадки ведь должны иметь выход к воде. О ком ты говоришь?

Да, они имеют выход к морю, естественно. Например, в том же Санкт-Петербурге есть две площадки. Конечно, целесообразно строить завод рядом с портом, чтобы дополнительно не тратиться на портовую инфраструктуру. Мы в свое время на «Севкабеле» проводили переговоры с несколькими интересантами, это был договор о будущей покупке; но надо было получить подпись в Газпроме, и на этом мы застряли, потому что без гарантии, что у тебя точно купят продукцию, в эту историю лучше не лезть: ты можешь сделать хороший завод, отлично испытать кабель, но у тебя просто не будут его покупать.

– А как ты считаешь, в таких проектах участие государства жизненно необходимо, и это единственное необходимое условие?

Да, конечно. Вообще кабельная отрасль очень чувствительна к инвестициям, а также к ВВП и его росту. Понятно, что если нефть растет, то у государства появляются деньги, все начинают тратить, в том числе и на кабель. Если ВВП падает – вслед падает и кабельный бизнес.

– Вернемся к «Сарансккабелю»: ты стал директором в очень непростое время. Что ты чувствовал, когда стал директором? Ведь «Сарансккабель» – это махина, это одно из тех предприятий, которое уже в советское время выросло до величайших масштабов.

Я чувствовал радость и удовольствие, потому что в последние годы все понимали, что «Севкабеля» не будет; все ходили с угрюмыми лицами и пытались что-то реанимировать, но в глубине души мы знали, что боремся с ветряными мельницами. Я пришел сюда и понял, что соскучился по работе! Первая задача была – сформировать команду, потому что без команды «один в поле не воин». Ее формирование до сих продолжается, несмотря на то, что я уже пять месяцев в руководящей должности. Думаю, что до конца года закончу; сейчас уже основной костяк команды есть, также уже есть несколько хороших результатов, в том числе и в финансовом плане. Благодаря нашей команде мы за последние три месяца значительно подняли показатели.

– У «Сарансккабеля» есть еще одно производство, которое называется «Эпромет» – это производство катанки. Расскажи немного подробнее о нем.

«Эпромет» заработал буквально три года назад, и сразу же на полную мощность. Производство катанки, алюминиевой проволоки, сплава Т4, также здесь производят бескислородную медь. Производство по алюминию вот уже несколько лет загружено на все 100 %. Также на площадке «Эпромет» мы сделали кабельный цех, пока что он не укомплектован оборудованием, но мы в процессе.  До конца года к нам поступят из Китая 10 технологических аппаратов, мы расширим ассортимент. Кроме того, мы планируем поставить и на «Сарансккабель» несколько линий, а в следующем году заняться модернизацией, потому что около 20 линий имеют хороший физический и моральный износ, так как были приобретены еще в СССР.

– А старое оборудование вы «скинете» на рынок и так возникнет еще несколько мелких заводов?

Вот что мне понравилось за рубежом: они на рынок не продают, как правило.

– Они продают в другие страны?

Да, в другие страны, но не на свой рынок. Даже когда завод Nexans строился, кабель шел из Франции, то есть они поддерживали самих себя. Да, это дороже, но тем не менее прокачивает даже корпоративную культуру. Старое оборудование мы скорее всего спишем в лом, потому что на нем много денег не заработать, а порождать производителей ширпотреба и фальсификата мелкого сечения мы не хотим.

– Интересный шаг. Если нас будут читать господа из министерств, они точно подумают: “Вау, вот он, утильсбор!”. Максим Третьяков смог когда-то сказать, что кабельщикам не нужен утильсбор и потом этот кабель у вас еще купят. А вот с оборудованием совсем другая тема: возможно, стоит ввести сбор на оборудование, чтобы неповадно было продавать изношенные механизмы.  

Давай перейдем от утильсбора к более насущным вопросам. Если мы сейчас зайдем на сайт «Сарансккабеля», то увидим очень много вакансий. С чем связан этот огромный перечень, с расширением производства или, может быть, с текучкой?

Это связано и с тем и с другим.  В основном, конечно, с расширением. Мы знаем, что именно к нам приедет через месяц – три и сейчас мы должны набрать и обучить людей.

– А как вы учите новеньких? 

Учим на существующем оборудовании. Опрессовщики, скрутчики, волочильщики, часть из новых сотрудников и тех, кто у нас уже давно работает пойдут работать на новые станки. Текучка конечно тоже есть, но она есть везде.

– За сколько времени можно сделать из меня хорошего опрессовщика?

Если человек с головой, то на пероксидной или наклонной линии, как правило, обучение займет около шести месяцев. Не достаточно просто уметь нажимать на кнопки, нужно попробовать себя на разных продуктах, поэтому обучение и занимает такое длительное время. Что касается скрутчиков, здесь учеба займет чуть меньше времени: месяца три-четыре.

 

Цех "Сарансккабель"

– А ИТРов где брать?

А вот с ИТРами проблема. Вчера мне звонил коллега, просил порекомендовать кого-нибудь; работники уходят, причем в другие области, абсолютно не связанные с кабелем. Здесь, в Саранске, нет профильного училища и института ИТР, мы пытаемся привлечь специалистов из других городов. Пока что не могу похвастаться результатами, смогли найти только двоих – и то, раньше они работали на «Севкабеле». Но такая проблема у всех, не только у кабельщиков 

–  А была бы, интересно, тема внутрикабельного образования востребована в кабельном секторе, как ты считаешь? Я имею в виду курсы повышения квалификации, дополнительное обучение, в том числе для действующих ИТРов, или даже с нуля. Или это настолько локально и мало, как подводный кабель для России производить. Стоит ли заморачиваться, расширять и увеличивать количество образовательных учреждений, которые готовят профессиональных кабельщиков?

Я думаю, расширять не стоит, потому что они сейчас уже есть. Не только Москва, Пермь и Петербург, в Кольчугино тоже есть техникум. Да – это не высшее образование, но нам и не нужны люди с высшим образованием, которые будут работать на оборудовании. Я уже не помню высшую математику, не решу дифференциальное уравнение; на мой взгляд, достаточно быть классным специалистом с хорошей квалификацией. Неважно, что ты не знаешь интегралы и прочее. Возможно, глупость скажу, но, если посмотреть сейчас на список Forbes – там почти все без высшего образования, а они отличные электронщики и программисты. Сегодня у нас есть множество возможностей обучаться самостоятельно.

– Тогда переформулирую вопрос: если ВНИИКП и мы как СМИ сделаем совместный продукт, который будет иметь образовательную ценность для потребителей, а также еще и тестировать специалистов. Будет ли это востребовано? 

Я думаю, да. Пока ты говорил, я подумал об этом побольше и действительно это может быть интересно.

– «Сарансккабель» поучаствовал бы в этом? 

На 100 % да! Я думаю, не только «Сарансккабель». Это многим будет интересно, потребность в квалифицированных кадрах всегда будет, и чем дальше, тем острее, потому что мы не знаем: подойдет ли вообще поколение Z к станку.

– Я бы тогда хотел плавно перейти к сообществам. Сейчас, по одним данным, у нас 200 кабельных заводов; на сайте RusCable.Ru в каталоге организаций – 350 производств, если я не ошибаюсь, может быть, даже и больше. Люди объединяются по каким-то интересам, сферам деятельности. Одно из старейших объединений с огромным рядом компетенций – это Ассоциация «Электрокабель», членом которой является «Сарансккабель». Скажи, пожалуйста, чего не хватает? Мы не будем говорить о плюсах, полезнее будет поговорить о минусах, потому что мы все члены Ассоциации. Информация будет полезна для нового президента Максима Третьякова, который прилагает определенные усилия для того, чтобы это все расширить и улучшить, сделать еще более эффективным. Каково твое мнение и видение? Ты можешь говорить не как директор «Сарансккабель», а как Павел Цветков, который смотрит на это все и непосредственно участвует.

Я думаю, что с Максимом Третьяковым нам, кабельщикам, очень крупно повезло: он начал свою работу именно с того направления, которое очень нужно – это взаимодействие с властью. Своей энергией он напоминает власти, что кабельная отрасль вообще есть. А то об этом могут забыть и заполонить наш рынок китайским производством, и мы не справимся с демпингом, как не справились, когда в Россию поставлялись телевизоры из европейских стран. Это был демпинг телевизоров за 100$, поэтому они убили всю нашу отрасль: мы перестали делать и телевизоры, и плазменные панели. Здесь может случиться так же, если не напоминать власти, что мы – сила.

 – Металл – это биржевой продукт, тут сложно демпинговать.

Если ты имеешь в виду зарубежные компании, то у них дешевые деньги: они возьмут кредит и год-два поработают с убытком, а потом нарастят в три раза.

– Так обычно китайцы делают.

Да все так делают, и мы бы тоже так делали, будь у нас возможность. Что мне не нравится, относительно Максима Третьякова, это то, что он распыляет ресурсы Ассоциации, пытаясь найти фальсификатчиков, это должны делать другие органы: МВД, прокуратура и прочие. Нужно создать просто механизм и определить достаточно серьезное наказание.  Аффилированность ВНИИКП с крупным акционером ХКА абсолютно не пугает, наоборот. Рано или поздно мы вынуждены будем сотрудничать друг с другом.

– А где ты видишь аффилированность?

Ассоциация и ВНИИКП не только сидят в общих зданиях, но и руководство и там, и тут одинаково.

– Нет, на сегодняшний момент президент – это представитель ЭЛКАТа. Да, офис находится во ВНИИКП, но правление – это 10 человек, и только один принадлежит к ТД «ВНИИКП» – Евгений Борисович Васильев.

Влияние. Один человек влияет, как большинство. Может такое быть?

– Возможно…

Я повторюсь, это даже хорошо, потому что с компетенциями ВНИИКП не сравнится ни одно предприятие. У них на сегодняшний день есть ученые, есть профессура, есть научная база и испытательное оборудование. Это и хорошо, что по части науки они задают тон в Ассоциации. Потому что свято место пусто не бывает, пришли бы тогда другие.

– Безусловно, с этим никто не спорит. Я позволю себе выразить личное мнение относительно АЭК: я считаю, что Ассоциация «Электрокабель», которой исполняется 30 лет в этом году, – очень интересная структура, прежде всего тем, что у нее есть определенная фактура заводов, которые объединены одним брендом, это надо развивать. Второй момент – каждое предприятие, которое входит в Ассоциацию, должно иметь равные права, с точки зрения влияния, голосования, точки зрения и других процессов. Что касается величины входящего предприятия, это будет зависеть от других показателей: от выручки, биржевых факторов и т.д., но если мы говорим о ВНИИКП, то это де-факто единственный орган, обладающий такими компетенциями, и он должен быть востребован всем рынком. Это важно для того, чтобы двигать и создавать изделия, новые конструкции, тренды, и если мы говорим о движущей силе отрасли, то это должен быть сам производитель, который придумывает новое и уже это новое дает потребителю. То есть плясать не от потребителя, а от производителя. По такому принципу и работал в свое время «Симрос», который продвигал через проекты несколько единиц организаций, которые на сегодняшний день существуют: тот же «Спецкабель», «СегментЭнерго», «Герда» – это те, кто свои конструкции и изобретения продвигали на рынок. На мой взгляд, Ассоциация «Электрокабель» интересная структура, которую, безусловно, нужно развивать, но каждый должен быть на своем месте и при деле. 

И, кстати, еще хотел добавить, что есть секции при Ассоциации. К примеру, секции по энергетике недавно посетил два раза. Мы реально думали, как улучшить состояние кабельных заводов. Мы задались вопросом: «А как выйти на другие рынки не только СНГ, но и дальше?» Понятно, что это очень сложная тема и без господдержки и каких-то стандартов, по которым мы должны делать, а мы однозначно должны делать по европейским стандартам, хоть это и дорого. Все эти вещи надо прорабатывать, и в том числе иметь в виду, как будут влиять санкции на решение иностранных покупателей. Также роль Ассоциации достаточно весомая в части ГОСТов и нормированного регулирования. Вот здесь я вижу две роли Ассоциации: взаимодействие с госорганами и нормативное регулирование, потому что сейчас многим заводам разрешено делать продукцию по ТУ. Да, понятно, что часть ТУ должна быть не хуже ГОСТа, но все равно в этом всем есть еще пробелы и здесь Ассоциация могла бы нам всем очень помочь.

 

Экскурсия по цеху завода и кабель с БПИ

– Считаешь ли ты, что лицензирование кабельной продукции – хорошая идея?

Я считаю, что это не очень хорошая идея. В СССР была даже статья за фальсификат, давали от 5 до 8 лет. 

– Ты считаешь, этого достаточно?

Вообще, достаточно. Как-то наш президент сказал: «Неотвратимость наказания должна быть». Пускай это будет не 5–8 лет, а хотя бы год.

– Видишь, в чем дело: любой косяк по маркировке – и это уже фальсификат в какой-то степени. Тут легко перегнуть, и это может стать инструментом конкурентной борьбы, у нас, к сожалению, так устроен менталитет. Это будет попросту злоупотребление, поэтому, может, какие-то другие инструменты регулирования бывают, чем просто жесткие статьи?

Тут нужно садиться и обсуждать. Например, борьба с изготовителями некачественного ПВХ, я думаю, в той форме, в которой она сейчас существует, результатов никогда не принесет, потому что мы, производители кабеля, не слышим производителей ПВХ. По сути, мы сами заинтересованы в дешевых позициях. Наши отделы снабжения всегда говорят “давай дешевле” – это не очень хорошо, поэтому есть одна спорная идея: может быть, на каждый продукт поставить отметку Low Smoke, которая не должен быть меньше определенной цифры. А минимально разрешенную цену, при которой можно сделать качественный продукт, нам должны сказать производители ПВХ.

– И тогда уже они будут полностью отвечать?

Совершенно верно, они будут зарабатывать, а мы не будем терять, потому что все будут в одинаковых условиях. Вот есть у нас такая идея…

– Интересная идея, но всегда найдутся один-два производителя, которые придут к вам и скажут: “Павел, мы смотрели это интервью, мы сделаем вам по любой цене!”

Это должно быть на законодательном уровне, иначе бессмысленно всем этим заниматься. Спорная идея, но повторюсь, сейчас мы просто просим производителей “не баловать”. 

– В завершение нашего интервью, я бы хотел спросить у тебя: как давно ты знаешь РусКабель?

Наверное, лет 10.

– А как часто ты читаешь его или смотришь?

Не каждый день, но плюс-минус через день.

– Какие, на твой взгляд, каналы распространения информации наиболее приятные? Про эффективность мы не говорим. Просто что тебе ближе: текст, видео или аудио?

Раньше я любил больше читать, сейчас больше люблю смотреть интервью. 

– Ты смотришь иногда наши прямые эфиры и RusCable Review?

Да, один или два раза я начинал смотреть, но они очень затянуты, мне кажется, и сложно потом отследить нужный сюжет.

– Понял тебя. По традиции, прошу дать пожелание нашим зрителям и свое напутствие новому поколению кабельщиков: что нужно и не нужно сегодня делать?

Мне странно давать напутствия. Думаю, у каждого свои предпочтения: кому-то нравится технический навык, кому-то не очень. Единственное, о чем я жалею – это о том, что я хорошо учился в университете… Я кучу времени потратил на учебники, а мог бы больше времени потратить на гулянки и прочее. А по-хорошему, я воздержусь от советов.

– Когда ко мне подходили студенты на самых первых Cabex, я им тоже говорил: “Ребята, у вас самое лучшее время сейчас, вы потом будете вспоминать его. Вам сейчас так не кажется, потому что вы живете в этом, но самое ценное, что у нас есть, – это воспоминания. Поэтому отдыхайте, гуляйте, делайте все, что можете – пока позволяют время, организм, и обстоятельства”.

Да, даже учеба на военной кафедре 2,5 года, где было тяжелее учиться, мне в жизни особо не пригодилась, но смотря с высоты сейчас, я понимаю, что некоторые навыки были полезными. 

– В завершение скажу: я очень рад, что наконец-то стал близко общаться с Павлом Цветковым, а не только слышать о тебе где-то. Я надеюсь, что мы не последний раз в Саранске, и уже через некоторое время, когда ты здесь обустроишься и будут внедрены какие-то фишки, о которых ты пока не хочешь распространяться, в том числе перевооружение и новые виды кабельных изделий, мы обязательно приедем и расскажем о новинках. Спасибо за интервью, было круто!

Спасибо, что приехал, и твоей команде большое спасибо. Приятного вам дальнейшего путешествия!

Беседовал Александр Гусев, руководитель медиахолдинга "РусКабель"

 

Видеоверсия интервью уже доступна на нашем YouTube канале.

Нашли ошибку? Выделите и нажмите Ctrl + Enter

1018 просмотров
Обсудить на форуме

Дополнительная информация


Компания Сарансккабель на RusCable.Ru
 
Павел Владимирович Цветков на RusCable.Ru

Следующая статья → ← Предыдущая статья

Нужен кабель? Оформи заявку бесплатно
Прямой эфир RusCable! 22 года!
+